Годовой онлайн-курс по ОИТП на 2022 год
Close
Напишите нам
Вопрос, пожелание, предложение? Напишите нам, мы ответим в течение дня
Подробная программа курса
Оставьте ваши данные и мы вышлем файл с подробной программой курса
Запишитесь на курс по ОИТП

Я хочу быть любимым
Первичная потребность человека и далеко идущие последствия отсутствия материнской любви

23 февраля 2021
Cтруктура статьи

  • Автономное первоначальное состояние
  • Жажда любви – условие человеческого существования
  • Любовь и страх
  • Отсутствие материнской любви
  • Подавление потребности в любви
  • Материнская любовь, связанная с болью, страхом, гневом, стыдом и виной
  • Подменные потребности, иллюзии любви и любовный бред
  • Гнев, злость и ненависть по отношению к матери
  • Поиски замены матери
  • Гнев, злость и ненависть по отношению к отцу
  • Повторение первых любовных отношений
  • Влюбленность и любовь
  • Является ли нарциссизм любовью к себе?
  • Безумные проекты
  • Тираны и убийцы тоже хотят быть любимыми
  • Пройти сквозь первичную боль
  • Социальное пренебрежение к настоящей материнской любви
  • Политики в качестве замены фигуры матери
  • Нельзя купить материнскую любовь за деньги
  • Спасая мир, спасать маму
  • Система – все, ты – ничто
  • Распознать основные заблуждения
  • Встать на путь любви к себе
  • Любить и помогать
  • Чего я хочу во время «Короны»

Автономное первоначальное состояние
Встреча сперматозоида и яйцеклетки – это как воспламеняющая искра или большой взрыв для зарождения новой жизни. Так новый человек приходит в этот мир. В этот момент у него есть огромная жизненная сила, безудержная воля к жизни и, возможно, даже безграничная жажда жизни.

Поскольку яйцеклетка с самого начала обеспечивает этого нового человека всеми жизненно важными веществами, он может от 6 до 10 дней развиваться самостоятельно. Он произрастает сам из себя. Он начинает свое путешествие в матке и посылает материнскому организму сигнальные вещества, чтобы в каком-то определенном месте создался иммунологический вакуум, он мог имплантироваться, и там образуется плацента, пуповина и плодный пузырь.
Только тогда между матерью и ребенком возникает экзистенциальная зависимость, которая внутриутробно длиться около девяти месяцев, а внеутробно продолжается еще около 15 лет.

Чтобы путешествие по жизненному пути было успешным, необходимо чтобы эти зависимые отношения были основаны на любви.

Жажда любви – условие человеческого существования
Я хочу быть любимым – я утверждаю, что это потребность каждого человека. На самом деле – это главная человеческая потребность, которая в первую очередь означает: я хочу, чтобы моя мама меня любила.

Отношения с матерью – это первые любовные отношения каждого ребенка. С самого начала жизни, даже еще до своего рождения, каждый ребенок преисполнен любовью к маме. Он фокусируется на телесно-эмоциональном контакте с ней. Для ребенка нет ничего важнее матери. В этом нет ничего удивительного, ведь каждый человек изначально развивается в утробе матери, и его жизнь целиком и полностью зависит от нее.

Поэтому каждый человек с самого начала наделен способностью любить, которая направлена на его мать, и также у него имеется огромное желание быть любимым своей матерью.

В этом нет ничего необычного. Это одно из главных условий человеческого бытия. Мы, люди, размножаемся половым путем, и дети развиваются и растут в утробе матери. Поэтому любовь к матери и потребность в ее любви являются условиями человеческого существования. Так же как птицы, по своей природе, имеют крылья, чтобы летать, так и в природе человека способность любить и желание быть любимыми. Образно говоря, это наши крылья.

Любовь и страх
Любовь и страх в психике являются антагонистами. Там, где царит страх, вряд ли найдется место для любви. Страх приводит в действие систему стресса в организме человека. Там где есть страх, возникают также ярость, агрессия, навязчивое мышление и поведение. Эти чувства и жизненные установки являются предпосылками насилия.

Любовь – это противоядие от страха. Любовь может нейтрализовать страх. Если люди любят, они могут успешно и адекватно справляться со своими страхами. И даже доверительные отношения между людьми не могут быть достигнуты без любви.

Отсутствие материнской любви
Что же происходит, когда потребность ребенка в любви собственной матерью не удовлетворяется должным образом? Если ребенка не желает его родная мать, если она его отвергает и отказывается от него? Если мать совершенно равнодушна по отношению к нему? Если она даже борется со своим ребенком, терзает его физически и эмоционально? Если из-за жизненных обстоятельств, она в принципе не способна полюбить ребенка всей душой и телом? Если она и сама страдает от недостатка материнской любви, и ее собственная потребность в любви не была удовлетворена ее матерью?

Подавление потребности в любви
Во всех случаях, когда мать не отвечает на проявления любви, ребенок попадает в состояние экзистенциальной угрозы. Чтобы пережить этот ужас, ребенку не остается ничего другого, как подавить свою первичную потребность в материнской любви. При этом боль от того, что родная мать его не хочет, не любит и даже не защищает от жестокости, а также страх быть оставленным, настолько велики, что детская психика не выдерживает и ломается. Она
перестает быть целостной и затем расщепляется на три части (рис.1):
- Одна часть остается реалистичной и переживает снова и снова весь ужас
материнского равнодушия, отторжения или жестокости, но уже не чувствуя.
- Другая часть сохраняет в себе этот постоянно повторяющийся, невыносимый опыт отвержения и брошенности.
- Третья психическая структура подавляет застрявшую в травме вторую часть
препятствуя формировать новый опыт из-за страха быть покинутым и боли от
нелюбви.

Рис. 1
Так и возникают необходимые стратегии выживания при травме, которые в отрыве от реальности создают в психике отдельный мир, где поддерживаются иллюзии, что родная мама дарит тепло, и вы навсегда связаны с ней любовью, несмотря на то, что весь имеющийся опыт говорит об обратном. Нужно просто как следует постараться и дать маме все, что ей нужно, все, что она требует. Вместо того чтобы переживать собственную беду, ребенок считает, что это
мать несет тяготы и нуждается в помощи. Ребенок пытается удовлетворить ее потребности и облегчить ее страдания. Ребенок считает, что не достоин любви, стыдится себя и испытывает чувство вины за свое существование. В этой части ребенок постоянно ломает голову, почему мама такая, какая она есть и находит тысячу причин оправдывающих и извиняющих ее поведение.

Одновременно с этим, та часть, которую я назвал травматизированной, безвольно, но со злостью наблюдает, как выживающие части жертвуют собой ради родной матери, погружаясь в иллюзии любви, пренебрегая собой и отказываясь от себя. Иллюзии любви сопровождаются отказом от собственного Я и Хочу и, таким образом, совершается предательство самого себя.

Постепенно маленькое существо, отчаянно нуждающееся в любви, которым мы являемся в начале жизненного пути, становится, казалось бы, разумным взрослым человеком, который отвергает сам себя со своими первичными потребностями и мирится практически со всем, что ему вредит или с тем, что навязывают ему другие. Таким образом, отторжение и неприятие, которые изначально исходили от родной матери, становятся собственными устойчивыми
внутренними установками: «Не будь таким нытиком, не будь жалким и слабым! Возьми себя в руки!» Я должен быть сильным, чтобы не показывать мои чувства и уж, конечно же, не плакать – это становится девизом на всю оставшуюся жизнь.

Некоторые люди даже полагают, что они не хотели, чтобы мать их любила. Что они, как будто, никогда не доверяли матери и держались от нее на расстоянии. Возможно даже, что на протяжении всей жизни они враждовали с матерью. Они полностью исключают тот период в начале своей жизни с огромной тоской по материнскому теплу или хоронят эту потребность под толстым слоем психологической защиты.

Материнская любовь, связанная с болью, страхом, гневом, стыдом и виной
Если мать по каким-то причинам не может ответить любовью на детскую потребность быть любимым, ребенок все равно не может просто перестать любить свою мать. Поэтому тема любви для ребенка ассоциируется с пережитыми негативными эмоциями, и связана со страхом, гневом, болью стыдом и чувством вины. Это приводит к тому, что ребенок все больше отдаляется от своей первичной потребности: просто быть любимым родной матерью. Любовь кажется ему теперь чем-то ужасно сложным и, в конечном счете, недостижимым.

Подменные потребности, иллюзии любви и любовный бред
Вместо изначальной конкретной потребности в любви появляются абстрактные
представления о любви, которые связаны с такими подменными потребностями, как:
- Я воображаю, что мама думает обо мне так же часто, как я думаю о ней.
- Я очень спокойный и веду себя хорошо, я не причиняю ей никакого беспокойства.
- Если я буду хорошей девочкой или славным мальчиком, мама меня за это похвалит.
- Я помогаю ей по дому, забочусь о братьях и сестрах, и она мне за это
признательна.
- Она радуется, если я получаю в школе хорошие оценки.
- Я хочу, чтобы мама мной гордилась.
- Я не хочу быть обременительным для мамы.
- Я сам виноват, если не получаю достаточно ее любви.
- На самом деле я хочу только одного, чтобы она была довольна и счастлива.
- Даже если есть проблемы, я хочу быть с мамой в мире.
- В конце концов, я все ей прощу, чтобы помириться с ней.
- …
Чем сильнее ощущается нехватка материнской любви, тем непритязательнее становятся дети. Тем охотнее они довольствуются совсем малым. Они ищут последнюю соломинку материнской любви, за которую они могут ухватиться. Они все больше погружаются в свои собственные представления о материнской любви и находят тысячи причин, почему мать была такой бессердечной и не могла вести себя иначе. Они идеализируют мать и превозносят ее до небес. Такие идеи все больше становятся похожими на иллюзии любви и, в конце концов, превращаются в любовный бред.

Дети, которые таким образом, эмоционально связаны с болью и страданиями родной матери и идентифицированы с ее тревогами и бедами, не имеют настоящего и будущего. Они психологически застревают в прошлом матери и в конфликтах ее предков. Так, человеческие судьбы повторяются из поколения в поколение, и ничего нового не происходит. Внешние изменения, например, развитие технологий, повышение уровня образования и знаний, ничего
не меняет.

Гнев, злость и ненависть по отношению к матери
Неудовлетворенная потребность ребенка в любви порождает в нем гнев и ярость. Такими эмоциональными реакциями ребенок пытается привлечь внимание матери и дать ей понять, что он чувствует себя брошенным и не чувствует ее любви. Если мать реагирует адекватно, гнев ребенка стихает. Если же нет, гнев перерастает в ненависть к родной матери. Иногда ненависть можно прочесть в глазах детей, так как они чувствуют, что бессильны получить
такое желанное материнское внимание.

Но и эта ненависть, в конечном счете, подавляется и расщепляется в ребенке. Она продолжает жить в недрах детской психики и отравляет ее. Она самыми разнообразными образами ищет выход. Например, она может быть направлена на брата или сестру, которые якобы получают больше любви и внимания матери, даже если это не соответствует действительности. Эта ненависть может выражаться в ломании своих игрушек, например, выковыривание глаз у
любимой куклы или отрывание лап у плюшевого мишки. Также и другие дети могут легко стать жертвами этой ненависти. Точно так же, как и воспитатели, а позже и учителя, начальство или политики.

Это приобретает фатальный характер, если детская ненависть к родной матери, затем обращается на собственных детей. Ненавидя собственного ребенка, многие женщины продолжают сражаться против родной матери.
У мужчин подавляемая ненависть к матери часто приводит к тому, что они эту ненависть проецируют на женщин в целом. Все женщины шлюхи, кроме мамочки!

Поиски замены матери
Когда дети не получают материнской любви, они ищут ей какую-то замену. Если есть отец, многие дети надеются получить любовь, которую им не дала мать, от него. Как правило, на этом пути их отношения с отцом становятся эмоционально запутанными. Из-за того, что теперь все надежды возлагаются на отца, он часто идеализируется. Даже скупые проявления чувств имеют для ребенка огромную ценность на контрасте с холодной и недоступной матерью.

С какой бы любовью не заботился отец о ребенке, он не сможет восполнить нехватку материнской любви и исцелить, связанные с ней боль отверженности, страх быть брошенным, гнев и ненависть к собственной матери.

Основываясь на всем моем терапевтическом опыте, я могу с уверенностью сказать: материнская любовь уникальна. Она исходит только от родной матери. Поэтому никто не может заменить родную мать и ее любовь: ни отец, ни бабушка, ни няня, ни приемная мать, ни медсестра или воспитательница.

Поиски замены материнской любви, к сожалению, делает детей очень уязвимыми, как к эмоциональному, так и к сексуальному насилию. Тому, кто может разглядеть в глазах ребенка жажду любви, не составит труда с помощью лести внушить ему ложное чувство его исключительности. Таким образом, можно склонить ребенка к вещам, которые он сам бы точно не захотел делать. Широко распространенная во всем мире нехватка материнской любви, является причиной столь же широкого распространения сексуального насилия, происходящего с детьми, как в семье, так и за ее пределами.

Гнев, злость и ненависть по отношению к отцу
Так как многие отцы также не дают ребенку той любви, в которой он так нуждается, ребенок получает дополнительный повод для злости, гнева и ненависти. Отвергать родного отца психологически даже проще, чем ненавидеть собственную мать. За ненавистью к отцу часто срывается замаскированная ненависть к матери. Ребенок может даже внутренне объединиться с матерью для борьбы с нерадивым отцом, которого уже и след простыл, или который хоть и присутствует, но болтается без дела, кричит или пьет.

И даже в психотерапии очевидная ненависть к отцу рассматривается и обсуждается с разных сторон. Однако, к сожалению, это слишком часто приводит к дальнейшему отрицанию кроющейся за ней ненависти к матери.

Повторение первых любовных отношений
Так как отношения с матерью бессознательно отражаются на нашей психике, характер наших самых первых любовных отношений повторяется в каждых последующих любовных отношениях в жизни. Страх, злость, ненависть и глубокая боль, вынесенные из привязанности к матери, проникают во все последующие отношение, в которых мы надеемся на любовь. Подавление чувств, общее недоверие к людям и сдержанность в проявлении наших
конкретных любовных потребностей, могут стать основными правилами создания любовных отношений.

Человек, который носит в сердце боль ребенка нелюбимого своей матерью, никогда полностью не откроет его снова. Он будет осторожен, потому что не захочет испытать снова эту угрожающую самому его существованию боль, которая тянется из его неразрешенных отношений с матерью. Новые любовные отношения, как правило, из-за страха вернуться к детским травматическим чувствам, превращаются в судорожные усилия сохранить ментальный контроль над собственными потребностями и чувствами. Неизбежный провал
такого рода любовных отношений ведет лишь к тому, что человек снова и снова ищет новые любовные отношения. До тех пор пока не будут рассмотрены процессы, протекающие в психике бессознательно, этот поиск будет продолжаться всю жизнь.

Влюбленность и любовь
Желание быть любимым направлено на постоянное признание собственной личности. Я хочу, чтобы другой человек эмоционально принимал меня таким, какой я есть. Однако любовь другого человека не может заменить любовь к самому себе. Партнерские отношения или дружба не являются заменой любви к самому себе, а могут быть лишь дополнением.

Для многих людей, которые хотят разобраться с темой любви, большой проблемой является то, что они не могут по настоящему отличить влюбленность от любви. Влюбленность – это состояние, периодически возникающее в результате гормональной встряски, целью которого является – готовность к спариванию. После спариванию цель данного состояния можно считать
достигнутой и оно ослабевает. Человек может размножать вообще без любви. Для этого достаточно только сексуального влечения. Ведь даже в результате насильственных действий могут появляться дети.

В вопросе размножения роль мужчины заканчивается с половым актом. Женщины же, напротив, не могут радоваться детям без любви. Кроме фертильности женщине необходима материнская любовь, иначе материнство обернется катастрофой, как для матери, так и для ребенка. Эта материнская любовь должна быть сильнее любви к любому другому человеку, будь то ее собственная мать, мужчина или другой рожденный ею ребенок. Если женщина
боится своего мужа – это катастрофа для нее и ребенка. В этом случае, она не может защитить ни себя, ни ребенка от давления, агрессии и насилия со стороны мужчины.

Отцовство для мужчины – это шанс развить свою способность любить, ведь каждый человек по своей природе обладает этой способностью, и перерасти нацеленность на конкуренцию. Мужчина может осознать, что сексуальное удовлетворение не заменяет потребности мужчины быть любимым, таким, каков он есть. Также мужчина может понять, что невозможно обладать
другим человеком, будь то женщина или его собственный ребенок (Franz Ruppert (2020). Liebe. Lust und Trauma. Unterwegs zu gesunder sexueller Identität. München: Kösel Verlag).

Короткий совет тем, кто стремиться к партнерским отношениям или браку: не женись на том человеке, который еще не женат на самом себе.

После того как влюбленность угасает, обнаруживаются скрывающиеся за ней глубинные психологические реалии, касающиеся любви. Тогда в психике берет верх динамика неудовлетворенных детских потребностей в материнской или отцовской любви и набирает обороты уже в партнерских отношениях. Ненависть к матери или отцу становится частью повседневных отношений, и близкий человек теперь становится постоянной мишенью. В результате, отношения становятся повторением того ада, который уже переживал ребенок с отцом и матерью.

Является ли нарциссизм любовью к себе?
Существует психиатрический диагноз, который называется «нарциссическое расстройство личности». Его признаками являются:
1. Огромное самомнение (например, преувеличенное мнение о своих достижениях и талантах; ожидание признания превосходства, без соответствующих достижений).
2. Поглощенность фантазиями о неограниченном успехе, власти, великолепии, красоте или идеальной любви.
3. Вера в свою «исключительность» и уникальность, вера в то, что он должен дружить и может быть понятым лишь себе подобными «исключительными» или занимающими высокое положение людьми (или учреждениями).
4. Нуждается в чрезмерном восхвалении.
5. Демонстрирует, что имеет какие-то особые права (напр. необоснованные ожидания предпочтительного отношения к себе или автоматического удовлетворения собственных ожиданий со стороны окружающих).
6. В межличностных отношениях ведет себя потребительски (например, использует других для достижения собственных целей).
7. Отсутствие эмпатии: нежелание признавать чувства и потребности других людей или идентифицировать себя с ними.
8. Часто завидует другим или думает, что другие завидуют ему.
9. Демонстрирует высокомерное, надменное поведение или отношение. (https://de.wikipedia.org/wiki/Narzisstische_Pers%C... по состоянию на 15.2.2021).

Люди, которые проявляют эти качества, несомненно, хотят быть в центре внимания и ждут восхищения. Почему? Потому что, очевидно, это является их психологической потребностью! Потому что без постоянного восхищения, исходящего от других людей, они чувствуют себя маленькими и незначительными. Потому что иначе они стыдятся самого своего существования. По моему опыту, это в большинстве своем дети, которых не хотели их матери и поэтому они стыдятся того, что просто существуют. Этот стыд за собственное
существование исходящий из отношений с матерью, будет компенсироваться через власть, деньги, славу и роскошь.

Так же, как правило, они и от отца слышали лишь упреки: ты маленький, глупый и мне даже в подметки не годишься.

Людям склонным к «нарциссизму», конечно, удается демонстрировать сочувствие другим людям. Однако это сочувствие проявляется с расчетом и с целью манипуляций. До тех пор пока другой человек подыгрывает и удовлетворяет свои собственные нарциссические потребности, все может идти хорошо, но лишь некоторое время. Однако можно быть уверенным, что наступит момент, когда нарциссическое сострадание обернется отторжением, а часто и чистой ненавистью, как только подавленная первичная боль отношений с матерью
снова вырвется наружу (Hans-Joachim Maaz (2012). Die narzisstische Gesellschaft. Ein Psychogramm. München: C.H. Beck).

Безумные проекты
Главное заблуждение в стратегии выживания при травматических отношениях с родителями заключается в идее: если я стану достаточно важен для других, тогда меня оценят и мама с папой, и я буду достоин их любви. Так как и другие люди стремятся к тому же самому, возникает конкурентное поле, где одни пытаются вытеснить других. Так целое общество легко может превратиться в подобие бассейна с акулами, где люди с нарциссическими расстройствами, из-за своей детской обделенности, хотят продать или навязать другим людям свои грандиозные проекты. Как правило, такие проекты являются проявлением мании величия и выходят за все мыслимые рамки. («Сегодня нам принадлежит Германия, а завтра – весь мир!»). При ближайшем рассмотрении такие проекты часто сменяют друг друга, а кажущиеся гениальными и грандиозными идеи, оказываются не более чем пшиком. И даже если они действительно могут увлечь за собой в пропасть миллионы людей, то лишь потому, что у нарцисса достаточно власти и денег, чтобы претворить в жизнь свои безумные планы.
Нарциссизм во всем его многообразии проявляют не только дети из правящих династий, в которых точно также как и среди так называемых мелких людей, часто наблюдается большой дефицит настоящей материнской и отцовской любви. Так люди из бедных слоев, полагают, что их дела шли бы намного лучше, если бы они принадлежали к обществу богатых, знаменитых и наделенных властью. По этой причине они легко поддаются искушениям и их легко купить тем, кто располагает властью и деньгами. Так снова и снова очень простые люди оказываются в высших эшелонах мировой политики. А там они становятся послушными марионетками в руках действительно богатых и власть имущих.

Тираны и убийцы тоже хотят быть любимыми
К сожалению, такие маленькие, полные любви существа вырастают и становятся взрослыми, которые живут под девизом: если уж меня не полюбили, то пусть хотя бы все живут в страхе и ужасе предо мной и остерегаются меня. Они воспитывают в себе соответствующее враждебное поведение и обзаводятся средствами принуждения и оружием, с помощью которых они могут угрожать, устанавливать контроль или, если потребуется, убивать. Значит ли это, что такие люди не хотят, чтобы их любили?

Даже в таких случаях эта первичная потребность в материнской любви просто перекрывается бесчисленными стратегиями выживания и переплетениями с материнскими травмами. Добавьте к этому большое количество холодных и жестоких отцов с многочисленными психологическими ранами. Все Трампы, Си Цзиньпины, Эрдоганы, Меркель, Путины и т.д. в этом мире, в глубине души хотят, чтобы их любили. Именно поэтому они всегда хотят оставаться в центре общественного внимания. Они хотят, чтобы ими восхищались и признавали их якобы великие заслуги перед народом или даже перед всем человечеством.
Поэтому, если им однажды удалось завоевать власть, они уже не могут с ней расстаться. В сущности, они хотят добиться любви и расположения насильственными средствами, имеющимися у них в распоряжении. Подобно детям на детской площадке, которые раздают подарки другим детям, чтобы стать популярными, они должны покупать лояльность журналистов, министров и советников, которые потом, находясь в зависимом положении, не
осмеливаются сказать и слова против. На самом деле, эту игру сразу видно насквозь.

Тираны и диктаторы рассчитывают на зависимость. Они хотят, чтобы другие люди были зависимыми от них политически, экономически, социально и психически. Они собирают досье на своих оппонентов, а потом занимаются шантажом. Де-факто они и сами находятся в психологической зависимости от других людей. Сами по себе, вне борьбы с другими, они внутренне опустошены, потому что, отделившись от своих первичных потребностей, они больше не чувствуют сами себя, и, поэтому, должны постоянно заполнять себя внешними
переживаниями (Franz Ruppert (2018). Wer bin Ich in einer traumatisierten Gesellschaft. Stuttgart: Klett-Cotta Verlag).

На этом пути они получают ровно противоположное тому, чего они на самом деле в тайне хотят. Никто не любит их по-настоящему.

Если бы только такие люди могли испытать, как это просто, завоевывать сердца людей, если открыто и искренне проявлять свои чувства! Если бы они могли выразить свою боль. Тогда бы они поняли, что все те огромные усилия, которые они прикладывают, вовсе не нужны.

Пройти сквозь первичную боль
Одиночество – это следствие подавления первичных потребностей и сопутствующих этому чувств. Тот, кто отделяет себя от здоровых потребностей, кроме всего прочего превращает свое тело в объект, с которым все соответствующим образом и обращаются. Все эти душевные
расстройства, иллюзорные, доходящие до безумия идеи, которые нам подсказывают стратегии выживания при травме, в конечном счете, можно излечить лишь через признание наших страхов быть брошенными и принятие своей боли от того, что нас не любила мать. Боль, которую пытаются оттолкнуть от себя, изгнать из своих мыслей, или даже заглушить наркотиками или медикаментами, попытка сделать вид, что те травмы, которые были нанесены, никогда не происходили, делают человека нереальным, превращают его в пустую оболочку, в которой постоянно работает голова, и он мысленно пытается понять то, что можно только почувствовать.

Тот, кого не любила мама, и кто не может разобраться с этой первичной болью своего детства, обречен на постоянное повторение этой боли в жизни в различных вариациях. Тот, кто отрицает свою первичную боль, не в состоянии полюбить самого себя. Поэтому он также не может полюбить никого другого. Напротив, собственная неизлеченная первичная боль ведет к тому, что такая же боль причиняется другим. Собственные дети, люди, которые находятся в
зависимом положении, используются, чтобы поддерживать иллюзию, что такую боль можно переложить на кого-то другого. Это может привести к временному облегчению, но не работает в долгосрочной перспективе.

Прожитая первичная боль, напротив, делает нас снова реальными личностями. Проходя через эту боль, мы возвращаемся домой, к себе как живому организму, которым мы являемся. Эмоционально привязанные к своему телу, мы не можем духовно или ментально жить в прошлом или далеком будущем. Быть в своем теле означает жить в настоящем. Если я в согласии со своим телом, я больше не могу быть идентифицирован с другой личностью. В воображении это возможно, но физически – нет. Только в своем собственном теле Я может быть идентифицировано с самим собой. Сердце, свободное от оков стратегий выживания, становится снова открытым к собственной жизни, собственной любви и ко всем сопутствующим чувствам, будь то страх, злость, ярость, стыд или боль. Тогда я могу также и ненависть к матери и отцу признать как нечто в моем детстве, что неизбежно должно было возникнуть, и что отравило мою психику и отношения. Тогда и эту ненависть я смогу отпустить.

Социальное пренебрежение к настоящей материнской любви
Способность любить и быть любимым – это самый ценный актив у нас, у людей. Однако современное общество систематически подрывает способности женщин чувствовать и проявлять реальную, то есть, прежде всего, телесную материнскую любовь. Уже во время беременности и в процессе родов большинство женщин попадают в медицинскую систему наблюдения и контроля, которая обесценивает способности женщины и превращает ее и ее
тело в объект бесчисленных медицинских вмешательств. Так и после рождения ребенка женщинам, в качестве современной модели образования, повсеместно предлагается ранняя передача заботы о ребенка другим людям. Матери и дети все больше отдаляются друг от друга (Michael Hüter (2018). Kindheit 6.7. Ein Manifest. Norderstedt: Books on Demand). Кроме того многие женщины сталкиваются с сексуальным насилием в детском и подростковом возрасте. Это тоже подрывает и разрушает их связь с собственным телом, не позволяет чувствовать его первичные потребности, а затем женщина не в состоянии
предоставить ребенку свою живую женскую сущность, в качестве опоры в жизни и любви.

Кроме того, как уже описано, ненависть к женщинам, возникающая у мужчин вследствие ненависти к матери, ведет к войне полов.

Так возникают целые общества, в которых материнская любовь существует скорее, как иллюзия любви, чем как настоящая, проживаемая любовь матери. У женщин в таких обществах, в свою очередь, возникают нереальные представления об идеальном мужчине, о желаемых детях и об идеальной семье. Они держаться за них с большим рвением и самоотдачей. О том, что из их собственной жизненной истории мешает этим мечтам осуществляться и заставляет с регулярностью терпеть неудачи, они знать не хотят. Ведь это
снова затронет их первичные страхи и первичную боль.

Поэтому это нарушение табу, если я напрямую затрагиваю больную тему материнской любви. Большинство людей реагируют на это со злостью и яростью, они не хотят знать эту, болезненную для них правду и отгораживаются от нее. Даже целые феминистические фракции занимают по отношению к материнству оборонительную позицию, им оно кажется слишком примитивным и дискриминирующим женщин, так как якобы материнская любовь замыкает их
только на материнстве и исключает из остальной общественной жизни.

Так как в таких обществах материнская ненависть табуирована, эта ненависть проникает во все общественные структуры. Каждый, кто меня не устраивает, кто меня отвергает, не в достаточной мере признает, стоит на пути моей стратегии выживания, не разделяет моего мировоззрения, рискует стать жертвой этой ненависти. Разочарование в материнской любви и приобретенная вследствие этого ненависть к матери ведет к тому, что мир разделяется на добро
и зло, на друзей и врагов.

Политики в качестве замены фигуры матери
В конце концов, дело доходит до того, что большинство участников этих обществ не удовлетворяют свои реальные потребности в любви. Почти все они страдают от недостатка материнской любви. Реализуя свои стратегии выживания, они практически полностью ориентированы на внешний мир, они вынуждены постоянно искать факторы, которые будут их отвлекать от психической боли, и они находятся во власти страха быть покинутыми и постоянного стресса от взаимоотношений с другими людьми. Из-за своих иллюзий о любви они снова и снова попадают в системы любовного бреда, и это касается всех сфер
общественной жизни. Партнер, собственные дети, друзья, начальники, клиенты, избиратели… все они в той или иной степени, неосознанно рассматриваются через призму опыта материнской любви. Отвержение, равнодушие, пережитое насилие и ненависть – все это слепо бессознательно воспроизводится в соответствующем контексте.

Представления о матери также направлены и на учителей, врачей или
политиков, вместо того, чтобы видеть в этих людях лишь тех, кто может быть полезным в разные периоды нашей жизни, при этом ответственность за наше собственное счастье всегда остается за нами. Ничего удивительного, что лидеры различных областей общественной жизни, которым мы, как маленькие дети, передаем ответственность за наше счастье, также проникаются идеей, что они
отвечают за нашу жизнь. Чем больше этого от них ожидают, тем более они становятся доминантными и агрессивными, ведь их собственное детство способствовало развитию в них нарциссизма. В конечном счете, они обращаются с нами как с малолетними детьми, вместо того чтобы просто выполнять свои фактические задачи и служить общему благу. На общественном уровне мы снова переживаем то, что мы испытали в семье – отказ в
удовлетворении наших потребностей. Если женщины с сильным дефицитом материнской любви становятся политиками и добиваются высоких постов во власти, для населения это ни на йоту не лучше, чем в случае с разочарованными в любви мужчинами. Они, как и мужчины, достигают успехов в манипулировании и контроле и изрекают что-то вроде «нам нужно еще
больше постараться, затянуть пояса и принести себя в жертву». Они также скрыто вымещают ненависть к матери на населении.

Нельзя купить материнскую любовь за деньги
Деньги тоже могут стать заменителем материнской любви. Это большая иллюзия думать, что если у меня есть деньги, я могу претворить в жизнь все мои желания. Никто не может купить материнскую любовь за деньги.

Если ее не удалось почувствовать в достаточной степени, ее уже не купить и за все деньги в мире. Поэтому очень много людей растрачивают большую часть своих денег на стратегии выживания при травме. Это происходит и на уровне индивидуума, т.е. с каждым из нас, и с большим размахом на институциональном и правительственном уровне.

Спасая мир, спасать маму
Если мы оторваны от нашей потребности быть любимыми матерью, мы создаем в голове наш идеальный мир. Так как мы все сильнее усложняем себе жизнь и нашими иллюзиями разрушаем реальный мир, перед нами встает неразрешимая проблема: этот мир все время приходится спасать, затрачивая на это колоссальные усилия и придумывая, кажущиеся идеальными, идеи. Таким образом, пострадавшие в детском возрасте от отсутствия любви жертвы, вырастают в агрессоров с чистой совестью. В соревновании на лучшую идею по
спасению мира они требуют от самих себя и от других поставить все на карту и пожертвовать своим личным счастьем ради идеи спасения идеального мира, а значит мамы. По моему мнению, в этом кроются корни глобализма и идеи некоторых людей, что они должны заново сотворить человека. Если бы они сначала попытались найти путь к себе самим, к тому нуждающемуся ребенку внутри, которые жаждет материнской любви, им не пришлось бы в
своем воображении изображать бога и сеять по всему миру несчастье.

Вместо того чтобы прорабатывать травмы предыдущих поколений, возникшие из-за насилия и войн, сегодняшнее поколение, к сожалению, не останавливаясь создает новые травмы, которые, не задумываясь, передает следующим поколениям.

Система – все, ты – ничто
Так возникают социальные системы, которые ставят себя выше человека и кажутся более важными и значимыми чем он. Индивидуумы должны быть на службе у таких систем и подчиняться ее «объективным» законам, хотя вместо этого, было бы куда целесообразнее, если бы системы образования, здравоохранения, а также культурные, научные, экономические или
политические системы обеспечивали бы им хорошую жизнь. Нелюбимые дети принимают такие системы, ведь они уберегают их от правды, и позволяют не чувствовать боль, от того, что их не любила родная мать. Поэтому такие системы изо всех сил удерживают на плаву жертвы материнского отторжения. Зачинщики и соучастники сидят в одной лодке, молчаливо соглашаясь не касаться собственной боли. Вместо этого мы вымещаем нашу ненависть к
матери на других, которые не принадлежат к системе.

В травмированном обществе очень мало людей имеют представление о том, как может выглядеть основанное на любви взаимодействие в отношениях, семье или в обществе в целом. Большинство из них знает, чего они не хотят, и что им на самом деле не нравится. Однако большинство, по-прежнему, не имеет понятия, чего же они хотят.

Поэтому в таком травмированном обществе будет большим личным успехом не искать этого во внешних проявлениях, в отношениях, семье, финансовом благополучии или влиянии, а том, чтобы обрести, наконец, свое Я, и чтобы это Я оставалось стабильным.

Распознать основные заблуждения
В итоге: любовь нельзя навязать насильно, ни применяя силу к другим людям, ни заставляя самого себя. Этот так не работает. Такие эксперименты приводят лишь к постоянному напряжению, ярости, агрессии, хроническому стрессу, болезням и смерти. Любовь и, связанное с ней счастье в жизни, также невозможно купить. Тот, кто не осознает эти заблуждения, обрекает себя и других на несчастье. Вся история человечества демонстрирует тысячи граней
этих заблуждений и в настоящем их можно увидеть со всей ясностью. Если
кто-то не может найти своего счастья в жизни, то испытывает зависть к счастью других людей и не может выносить, что у кого-то все хорошо, и он чувствует себя любимым. Этому можно найти подтверждение, даже наблюдая за маленькими детьми в песочнице.

Встать на путь любви к себе
С тех пор как я прожил волны боли из-за отторжения матерью, я снова нашел путь к моей первичной потребности быть любимым. Благодаря этому я соприкоснулся с моими глубокосидящими экзистенциальными страхами, моим стыдом за собственное существование, с моей злостью, яростью и глубочайшей ненавистью, как по отношению к матери, так и к отцу.

Теперь я смотрю на себя и мир вокруг другими глазами. Я чувству безусловную любовь к самому себе. Все то, что я изначально хотел получить от матери, теперь я могу дать себе сам. Я чувствую, что с тех пор и другие люди принимают меня с куда большей открытостью и любовью. Это также связано с тем, что я больше не взваливаю на них мою неосознанную тоску по материнской любви и не жажду отцовского внимания.

Во время каждого конфликта, с которым я сталкиваюсь в повседневной жизни, я теперь вспоминаю об этой моей первичной потребности. Я хочу быть любимым и желаю каждому, чтобы он снова получил доступ к этой первичной потребности. Основывая на этом можно конструктивно урегулировать любой конфликт и прийти к взаимному согласию. Мне больше не нужно с моими убеждениями и стремлениями спасать «мир», а вмести с ним и мою маму.

Так как я представляю ценность сам для себя, я считаю и других людей ценными. И на вещи вокруг меня я смотрю другими глазами. Теперь я намного более четко различаю, что является значимым для моей жизни, а что нет.

Любить и помогать
Люди, которые в разладе с самим собой, полагают, что могут, и даже обязаны, помогать другим. Это также большое заблуждение. Если я не нахожу любви к самому себе, единственное, что я могу предложить другому человеку, это мою стратегию выживания при травме. Когда другие люди не принимают это предложение, приходит разочарование или даже злость. Стратегией выживания можно осчастливить другого человека, только в том случае, если тот и сам не стремиться к чему-то большему, чем просто, выжить, из-за того, что он
убегает от своей жизни, чтобы не сталкиваться с болью: быть нелюбимым ребенком. Поэтому, чаще всего, помощь в выживании, будь то от родителей, учителей или государства, человеку навязывается или даже к ней принуждают. Когда же от такой помощи отказываются, это считается неблагодарностью или даже асоциальностью.

И напротив, когда помощь оказывается на основе здоровой любви к себе, я знаю, что каждый человек может проживать только свою собственную жизнь. Никто не может сделать это за другого и перенять его ответственность на себя.

Чего я хочу во время «Короны»?
Я хочу любить и быть любимым. Я хочу строить взаимоотношения, основанные на честности. Я хочу чувствовать себя защищенным от насилия и репрессий. И я хочу сказать всем, кто хочет во время «Короны» нанести мне пользу: мне не нужны Ваши маски, тесты и уколы. Если уж на то пошло, мне нужна настоящая любовь, которая исходит из Вашего сердца. Если вы не можете мне ее дать, то верните мне свободу и оставьте меня в покое (Franz Ruppert (2021). Ich will Liebe, Wahrheit und Sicherheit. Was geschieht mit unseren Grundbedürfnissen
in Zeiten von „Corona"? Chronik meiner Bewusstwerdung. München: Eigenverlag).